Ещё одна судьба

В публикации от 15.X.2008 Прозрение Вашему вниманию была предоставлена статья, повествующая о том, как трудно человеку дается процесс осмысления своего опыта внутри деструктивной секты и как трудно решиться порвать с сектой и всем, что связывает с ней, начав свой путь к свободе.

Предлагаемая Вашему вниманию статья «Еще одна судьба. О таинствах и усыновлении» рассказывает о том, с какими трудностями сопряжен процесс выхода из секты и как это коснулось близкого автору человека, продолжая предыдущую историю о секте Белодеда «Семья».

О таинствах крещения и усыновления

Что и говорить, что и эту историю со старшинством я пережила тяжело. На этот раз выкарабкаться мне помогла сама жизнь: у нас в секте появилась женщина и организовала ансамбль народной песни, который впоследствии мы назвали «Раданица». А я с детства люблю петь, и поэтому вприпрыжку понеслась на приглашение петь с братьями и сёстрами.

Там я встретила брата, на которого раньше не обращала внимания. А нужно сказать, что после четырёх лет борьбы за свою семью я развелась-таки с мужем, два года после развода продолжая жить с ним в одной квартире. Это отдельная тяжёлая история, о которой сейчас не время вспоминать. Одним словом, я относилась к разряду разведённых женщин, имея за плечами 36 лет от роду и двоих детей. И вот встретился мне брат духовный, что привлёк к себе моё внимание. Он тоже ушёл из «мира», и по причине сектантства его жена отказалась от него, лишив общения с детьми. Деваться ему было некуда, судьба его никак не складывалась, одна горечь следовала за другой, и он с головой окунулся в секту. И вот мы встретились.

Соединение наше было скандальным и обсуждалось на каждом углу, и по праву, потому что у нас обоих слишком много переломано в жизни. Но чтобы нас в секте сочли супружеской парой – нужно было благословение лидера. Если такое благословение есть, то всё улажено, и даже можно не регистрироваться  в ЗАГСе. Обстановка вокруг нас накалилась настолько, что мы ожидали удаления из секты, но, внутренне каждый из нас определился: если лидер даст выбор – или жизнь в «Семье» или наше соединение, то лучше нам отказаться друг от друга, но не терять «Семью». Вообще страх потерять Семью – самый ужасный страх, и Белодед неоднократно повторял, что если кто-то покинет Семью, то князь мира сего уничтожит этого человека, просто разотрёт его в порошок с превеликим наслаждением… Однако лидер благословил нас, чему мы были несказанно рады. Мои дети – Мария 15 лет и Александр 12 лет – поддержали нас, приняв Алексея, который вот уже 10 лет является моим мужем. Наш союз зарегистрирован с 1998 года. К слову: из секты в декабре 2007 года мы ушли всей семьёй.

А сейчас я по просьбе моего мужа расскажу о его жизни. Мне кажется, что его судьба ещё более тяжёлая, чем моя. До секты он имел свою семью – жену и двоих детей, и работал после окончания университета в школе. Но вот стал приезжать время от времени к ним его старший брат (назовём его Василий) и его посещения сводились к «духовному просвещению». Он изучал агни-йогу, боготворил чету Рерихов, рекомендовал следовать за Шри Ауробиндо, учил медитировать на «аум», исследовал ауры присутствующих, призывал молиться, цитировал Библию, с жаром рассказывал о том, что жизнь нужно посвящать не быту и не ежедневным заботам, но возвышенным идеям, духовному пути, Богу! У него уже была вторая жена, разделявшая его взгляды, а где-то в глубинке растила его троих детей бывшая супруга. Он много путешествовал, распространяя «духовную литературу», побывал в Ейске, Москве, Ленинграде, ещё где-то, изучая духовные течения (секты), пока наконец не определился, избрав для себя и для новой жены духовным руководителем «Отца Небесного» и примкнув в 1992 году к народившейся «Семье детей Божиих».

У Алексея в семье было шаткое состояние, часто возникали размолвки, и появление Василия только подлило масла в огонь. Жена Алёши не поддерживала порывов Василия, и в итоге братья вместе отправились на поиски истины. Супруга Алексея всячески боролась за сохранение семьи, уговорила его вернуться домой, родила ещё двоих ребятишек, но в конце концов решилась отказаться от мужа, который под влиянием мировоззрения секты попал в психиатрическую больницу. Они развелись, и Алёша всецело «посвятил себя Отцу Небесному».

После выписки из больницы Алексей стал теснее общаться с Василием и со своим папой, который после многолетней обработки того же Василия примкнул к секте. Папа часто вспоминал «явление Матери Божией» 1992 года в Хохловке (близ Перми на Каме), свидетелем которого он являлся. Вот его воспоминания, записанные одним из юных братьев для Семейной газеты (внутренняя литература секты — прим. antiCEKTA.ru): «Меня позвал сын (Василий) отвезти их в Хохловку. Я тогда не верил, но чувствовал, что есть что-то Высшее. Я ходил по берегу с удочкой. На автобусе приехал Отец и ещё человек восемьдесят. Я подошёл к Отцу, и Он обнял меня. Это было очень необычно. В кругу стали петь. Сын позвал меня: «Послушай, что Володя (тогда так Отца называли) говорит». Я почти всё забыл, а запомнил только одно, как Отец сказал: «Сегодня к вам приблизится Небо». Под вечер натаскали валежник, дрова, часов в двенадцать разожгли костёр. Отец начал проводить Крещение в воде. А я всё дичился. Вдруг кто-то крикнул: «Посмотрите!» Я повернулся… Я не видел, как Матушка идёт, а видел венец и шлейф. Она вышла из-за горизонта и медленно, величаво плыла по небу. В моей голове стали вспоминаться передачи про НЛО, которые я смотрел раньше по телевизору, но это явление было ни с чем не сравнимо. Был очень яркий свет, неземной! А смотреть на него совсем не больно. Разум ничего не может понять. Я голову опустил. Аж дурно. И тут опять кто-то крикнул: «Посмотрите, звёзды!» Вижу, как звёзды по шлейфу пляшут: прыг-скок, прыг-скок… Все радуются. Отец молится. Через несколько часов явление скрылось за горизонтом. Остался лишь след. Я подошёл к Отцу и давай Его мучить вопросами… часа полтора. Отец терпеливо отвечал. Меня поразила простота Его ответов. Говорю Ему: «Я бывший коммунист». Он отвечает ненавязчиво, просто: «Изучай, анализируй, делай выводы и принимай решение». В конце Отец спросил меня: «Ты как?» — «Ну, наверное, я без вас уже никуда», — ответил я».

А вот ещё воспоминания одного из братьев, для того же выпуска газеты: «В Хохловку в 1992 году поехало примерно человек восемьдесят. Здесь состоялась первая встреча Семьи с Матерью Божией. Началось это с того, что вечером все сидели в круге и пели псалмы. Тогда один брат подошёл к Отцу и сказал, что видел, как Матерь Божия сначала обняла Отца и рядом стоящего брата, а затем прошла по кругу и каждому что-то положила в руки. Мама в этот вечер явилась многим. Кто-то видел часть маминого платья, а кто-то видел, как Мама общалась с каждым отдельно. Так одной сестре Мама подарила белую розу. После этого на небе показалась яркая звезда. Она двигалась по небу, а за ней тянулся шлейф, в котором танцевали звёзды. Продолжалось это несколько часов. Отец в это время стоял и торжественно молился. Ближе к рассвету звезда зашла за противоположный берег и сразу на её месте показалась яркая луна. В тот же день Мама дала послание, в котором говорила, что в эту ночь Она объяла Собой полнеба. Это видение наблюдали также и в Кунгуре».

Вот такие воспоминания. Хочу только добавить к ним, что братья и сёстры занимались ребёфингом то ли накануне этой ночи, то ли на следующий день, и некоторым тоже были видения «Матери Божией», и видел каждый «Её» по-своему. С годами это обросло новыми подробностями, и многие вспоминали об этих явлениях с благоговением. Эта дата – 23 июля – и стала Днём Рождения Семьи (Марийки).

Таким образом, секте принадлежали папа и брат Алёши. Но  мама Алёши и его сёстры устояли и сначала посмеивались над «увлечениями» своих родных, но впоследствии много лет подряд молились о их душах, сожалея, что родственники попали в такую беду. Я думаю, что во многом благодаря их искренним молитвам и молитвам моей мамы, тоже православной, как и родственники со стороны Алёши, Господь помог нам освободиться от этой духовной пропасти, ведущей в ад.

Как только Алексей вышел из больничных стен, к нему проявила интерес одна из одиноких сестричек, бывшая замужем, но ушедшая от мужа в секту, и имеющая дочь, – и скоро на его голову свалились новые проблемы: жить было негде, сожительница по причине слабого здоровья не могла работать, самочувствие Алексея не отличалось стабильностью и крепостью, к их союзу многие относились негативно. В их взаимоотношениях было много несогласованностей, непонимания, и их семья, не родившись, стала разваливаться, что болезненно отразилось на ослабленной психике того и другой. Скандалы следовали чередой, и Алексей ушёл от этой женщины жить к своему папе, но оказалось, что она беременна и непременно хочет родить. Тяжелейшая ситуация, и все переживали её, как могли. Наконец она отпустила от себя Алёшу со словами: «Жизнь у нас всё равно не получится, уходи, я от тебя ничего не требую и не хочу, но ребёнка я рожу, потому что так хочу я».

Вот в это время мы с Алёшей и встретились.

Он уже был крещён «Отцом Небесным», как и я: он – в день рождения «Семьи» 23 июля 1996 года, а я – тоже в день рождения секты, но в 1993 году. Оба мы прошли и обряд «усыновления». Чем отличаются эти два момента? Когда лидер секты крестит, то крестит, по его же словам, во имя Отца, Сына и Святого Духа. Причём он повторяет, что кто уже крещён в Православной Церкви, тот может не креститься у него, потому что и он и Православие крестят одинаково, посвящая душу служению Троице Святой. Но все, как правило, считали за долг и честь совершить обряд крещения у «Отца Небесного».

Я ещё до того как попала в секту, крестилась в нашей Православной Церкви, но когда возник вопрос о совершении этого таинства в «Семье», я, ничуть не задумываясь, в ночь с 22 на 23 июля 1993 года шагнула в воды Камы, где, стоя по пояс в воде, крестил желающих «Отец Небесный». Он спросил меня – готова ли я посвятить свою жизнь Господу, и я ответила положительно. Он три раза полностью погрузил меня  в воду со словами «Во имя Отца и Сына и Святого Духа», и я вернулась на берег. Что и рассказывать – моё состояние было возвышенным, мне казалось, что я счастлива, и все сложности жизни казались разрешимыми, потому что разрешать их теперь за меня будет сам Господь.

«Небо» дало о «крещении святом» несколько посланий, что составили одну из первых изданных в секте брошюр. В предисловии к «посланиям от Матери Божией, Апостолов Петра, Иакова и Филиппа» сказано так: «Праздник Светлого Крещения с самого основания Семьи детей Божиих стал самым радостным праздником. Его любят и взрослые и дети, на него спешат родственники и знакомые, а порой и вовсе далёкие от Семьи люди. И это не удивительно, потому что таинство Крещения совершает Сам Отец. Обряд Крещения красив и светел, и совершается он Отцом особо тепло и ласково, с большой нежностью и любовью…» Тут прямо-таки просится на язык наша русская пословица: «Мягко стелет, да жёстко спать», потому как обряд – это одно, а жизнь – другое, порой прямо противоположное. Здесь нужно подчеркнуть жирной чертой мысль о том, что сама природа секты двойственна, лжива и лицемерна, и люди – прекрасные, добрые, чуткие, – постепенно превращаются в несчастных существ, бредущих с непрекращающейся болью в сердце по замкнутому кругу, искренне считая себя при этом счастливыми.

Раз уж мы заговорили о таинстве крещения, то нельзя не упомянуть о множественных актах «крещения» в секте. Во-первых, основное крещение – посвящение души Богу, когда душа берёт на плечи свои святой Крест Христов и через приобретённый таким образом путь становится Словом Живым; следующее – крещение «Духом Святым» и обретение даров, главным образом, дара говорения на языках; последующие крещения, а их много было, 4 или 5 – во оставление грехов. Последние «крещения» совершались либо на Каме, либо в Обители в день рождения секты – 23 июля. Если  «таинство» происходило на Каме, то лидер окунал в воду трижды и прощал все грехи личные и грехи всего твоего рода. Точно так же в Обители, только на стоящего на коленях человека он выливал по два ведра воды с теми же словами.

Я помню свои мысли и переживания от двух-трёх последних таких крещений во оставление грехов. В то время в секте была уже очень угнетённая и напряжённая атмосфера, связанная с осознанием невозможности угодить «Отцу Небесному» и в целом «Небу». Лидер много раз повторял, что небеса делают всё для нас, а мы настолько погрязли в грехах, настолько ленивы и нерадивы, что никак не можем очиститься для того, чтобы наконец соединиться с небом. От начала создания секты говорилось о том, что «Семья детей Божиих» есть самая первая в истории человечества Семья, и она по сути есть пророческое образование, где каждая душа по идее должна иметь связь с небом, то есть общаться с Отцом Небесным, Матерью Божией, своим Ангелом-Хранителем, со своими родными, пребывающими на небесах, с теми душами и духами, которых любит и почитает. Но вот миновало более десяти лет, а таких связей почему-то не наблюдается, и Белодед при каждом удобном случае напоминал, что нам нужно молиться, стремясь очиститься, чтобы наконец в своём сердце «услышать глас небесный». Я уже несколько лет была «пророком» и глас такой слышала, и мне вроде бы не за что было укорять себя, но я остро и болезненно вместе с другими братьями и сёстрами переживала чувство своей греховности. Поэтому когда объявлялось очередное крещение во оставление грехов – я шла на него с надеждой и одновременно как на плаху. Чувство такое было. И когда вставала с колен после крещения – то поражалась тому, что в сердце горечь как была, так и есть, и от раза до раза лишь растёт. На душе ничуть не становилось легче, и тяжесть как давила на сердце, так и давит. Конечно же, я относила это к укоренившейся во мне греховности и потому просто уничтожала себя внутренне за неспособность порадовать «небо» своей чистотой.

Теперь небольшой штрих к портрету «крещения Духом Святым». Когда я получила данное «крещение», то была убеждена, что отныне и во веки веков Дух Святой внутрь меня, и Он будет заботиться обо мне, оберегать, вытаскивать из ям и пропастей, в которые я по неведению попаду. В Нём – моя надежда, моё упование. И именно поэтому я часто молилась не от себя и не «Отче наш», а на языках, вполне искренне веруя в спасительную силу Духа Святого. Но вот миновал год, другой, прошло пять лет и больше, и я стала свидетельницей страшных «падений» моих братьев и сестёр, тоже имевших дар «Духа Святого». О некоторых из них лидер вполне определённо отзывался, как о тайных врагах, ставших явными, или о детях своих, предавших дело Отчее. И я прекрасно помню выстраданный  мой вопрос, который я задала Белодеду: «Как так получилось, что Дух Святой не смог помочь душе и она так низко пала, что даже дитём Божиим не имеет права теперь называться?» И руководитель ответил так: «Дух даётся как дар, как семя, из которого душа трудами своими выращивает жизнь, и Дух, видя желание души идти вперёд, всячески помогает ей. Но бывает такое, когда душа, получив такой высокий дар, продолжает искать своего, корыстничает, не трудится, легкомысленно относится к данной ей свыше стезе, не стремится вырастить внутрь себя Христа, — и Дух Святой в ней начинает низводиться до её уровня. Не она поднимается к Нему, а Он опускается к ней. И чем ниже душа падает, тем ниже вместе с ней опускается Дух». Жалко, что я не спросила – а что же будет дальше с душой и с Духом Святым…

А  к слову – «павшие низко» братья и сёстры совсем не были преступниками или злодеями. Я много лет знаю их и могу наверняка сказать, что это замечательные люди, всеми силами своей души желавшие служить Господу! Как они понимали это служение, как чувствовали и переживали – так и трудились. Кого-то из них удалили из Семьи за «злодеяния», как, например, матушку Семьи; кого-то травили и уничтожали внутри Семьи, например, семейную чету, благословлённую лидером на отцовство и материнство в Семье в случае его смерти; многих объявляли пособниками Шамбалы, в том числе и ведущего «пророка», «работавшего с небом» буквально со Дня Рождения Семьи и ставшего неугодным и неудобным для Белодеда… И других, в служении более скромных, но для жизни не менее значимых.  Жуткая картина.

А ещё есть в секте таинство усыновления… Удивительно, но только сейчас я по-настоящему начинаю задумываться о смысле многих важных моментов в жизни секты, столь значимых для судьбы человека. Что кроется за «таинством» усыновления? Зачем оно нужно? Думаю, размышляю, анализирую – и не могу дать чёткого вразумительного ответа либо потому, что его нет, либо по причине моего неумения думать. Но если не обращаться к «небесной почте», а просто поразмыслить, то легко можно сделать вывод такой, что после «таинства усыновления» душа становится дитём Божиим – или получает возможность родить из Слова Божия Сына, через Которого спасается. Пишу, а у самой мозги кипят в попытке понять «учение», коему по силам своим следовала пятнадцать лет, во многом его не понимая.

Как совершается обряд усыновления? В торжественный праздник, посвящённый дню рождения Семьи, на сцену к «Отцу Небесному» по очереди поднимаются благословлённые на усыновление. Человек встаёт на колени перед лидером секты, и тот даёт своё напутственное слово, затем трижды осеняет крестным знамением – и вот с колен встаёт уже усыновлённый счастливец. Я не иронизирую, ведь всё воспринимается серьёзно, с полной верой, с благоговением и трепетом. Наиболее близкие братья и сёстры поздравляют усыновлённого, дарят цветы, радуются вместе с ним, как, впрочем, радуется и вся Семья. Это считается в секте огромным счастьем и переживается как благодатное событие, уходящее в Вечность!.. Удивительно перестраивается мировосприятие человека, попавшего в секту: чёрное кажется белым и наоборот, причём вся палитра богатого разноцветья напрочь исчезает!

Но вернёмся к нашему с Алёшей соединению: в 1998 году мы зарегистрировали свой союз в сельсовете. Нечего и говорить, что благословил нас лидер, — это естественно, и без его благословения ни я, ни Алёша не решились бы жить вместе. Кое-как мы разделили жильё с бывшим мужем и получили двухкомнатную квартиру, где и жили до 2002 года. Муж работал психологом в школе, а я – в Доме культуры, плюс вела местное радио и детский театральный кружок. Потом мы с Алёшей организовали Отделение психолого-педагогической помощи семье и детям от Управления социальной защиты, где я работала заведующей, а он – педагогом-психологом.

У нас всё получалось на новой совместной работе, мы были рады, что нас объединяет общее дело, но Белодед дал мне понять, что мирскую ниву пора оставить и всецело начать служить Господу, ведь с января 2000 года меня снова ввели на «стезю пророческую», о которой я расскажу подробно чуть позже. Я не оговорилась, написав «дал мне понять», потому что это – один из тактических ходов лидера. Как это понимать? Если Белодеду нужно от человека чего-то добиться, он начинает обработку издалека, слегка, намёками, примерами. В доверительной обстановке, кою он умеет гениально организовать, он приводит яркие образчики жертвенности, искреннего служения, послушания, и волей-неволей человек постепенно обуревается страстным желанием сделать что-нибудь такое, что порадует лидера. Сделать угодное руководителю – верх блаженства, и это я говорю совершенно серьёзно, потому что об этом мечтает каждый добросовестно заблуждающийся сектант. Шаг за шагом, беседа за беседой, и до сектанта доходит – что именно нужно совершить, чтобы угодить руководителю. И теперь уже он сам бежит с радостью к своему духовному наставнику и предлагает именно то, чего тот от него ожидает. Таким образом, как правило, Белодед явно не навязывает людям ничего своего, но они сами предлагают сделать то, чего ему хотелось бы. Он лишь благословляет. Как хорошо – человек сам принял решение, он же и отвечать будет, если вдруг результат окажется отрицательным. А если положительным, то это, безусловно, благодаря «Отцовскому» благословению.

Здесь считаю долгом уточнить: зачастую лидеру приходилось благословлять не только то, к чему он подводил «детей своих», но и то, что по каким-то причинам внезапно приходило к кому-то из «детей» в голову типа видений, откровений, или просто глупостей бытового плана. Даже если это абсурд. В секте считается, что ошибки и срывы идут лишь на пользу, потому как в следующих жизнях человек подобных ям минует, и даже самоубийство в этом ракурсе не есть таковое, но оно – приобретение ценного отрицательного опыта, который в последующих приходах на землю повторяться не будет. В последние годы нашего пребывания в секте мы наблюдали, как Белодед сам уже стал заложником созданной им системы, и его благословение превратилось чуть ли не в половую тряпку. Люди стали настолько безвольны, зависимы от его мнения, от его слов, от тех страхов оказаться неугодными, что стали просить благословения на всякую мелочь. И это – закономерно, потому что сектантская система приучает  людей к безответственному отношению к своей жизни, и они теряют способность самостоятельно принимать решения.

Вот и получилось, что я спросила Белодеда сама – не уйти ли мне с работы, потому что совмещение «пророческого» труда с трудом на благо князя мира сего – тяжкое дело. И конечно же, он ответил положительно, определив мне зарплату в две тысячи рублей. Я ушла с работы, хотя это было тяжело: глава Администрации и директор Дома Культуры даже приходили к нам домой, чтобы убедить меня не покидать работу. Но я была непреклонна, и потеряла постепенно всё: и своё доброе имя, и авторитет, и положение в обществе, и любовь детей, с которыми общалась по долгу службы… Я разом отрезала все нити, что связывали меня «с миром», и абсолютно была убеждена в верности своего поступка, и  когда родные пытались меня вразумить, я принимала их слова как свидетельство своей правоты. А Алёша продолжал трудиться «в миру», пока и его не привлекли вплотную к жизни в Обители, к «святым» послушаниям, в результате чего у него произошёл страшный срыв и он снова попал в больницу. Хочется сказать, что Алёша более чутко и тонко воспринимает всё, он во многом наивен и доверчив как ребёнок, и чувствителен, словно у него обнажены нервы. Поэтому и во второй раз он стал пациентом психиатрической больницы, ведь душа его не вынесла насилия и раздробленности, гордыни и самоуничижения, насилия и ломки, уничтожения личности человека, его индивидуальности, что властвуют в секте, а в Обители – особенно. Я страшно переживала, когда это случилось, кажется, что и сама была на какой-то грани. Но Белодед сказал, что всё это работа духов, и нужно лишь молиться и не брать лишнего на себя, и это не Алёша страдает и мучается, а духи в нём стенают от горя, и это не Алёше тяжело, а им тяжко. Пусть себе страдают!

Рева Л.П.

Top